black_kyr: (cinema)
[personal profile] black_kyr
Под катом - не столько отзыв на фильм, сколько попытка выявить отличия от книги и понять, куда оно всё подевалось.

Всё-таки, страшная вещь этот режиссёрский взгляд. Так иногда и хочется процедить сквозь зубы: "Запихни себе свой взгляд куда подальше!" - и цинично сплюнуть на пол, выражая своё презрение. От таких эффектных действий удерживает лишь одно: полная неэффективность оных, ибо уж кого-кого, а тебя-то режиссёр точно забыл спросить. Буквально днями и ночами бьётся в истерике, мол, как я мог снять кино, не спросивши Васю Пупкина, а ну как они не одобрят-с? Вот и остаётся только шипеть в уютненькой или на каком-нибудь там форуме, собирая вокруг себя единомышленников и односложно и неостроумно огрызаясь на реплики обладателей Иного Мнения.

Легко понять тех, кто посмотрел режиссёрский взгляд на дорогое сердцу произведение. Мол, замахнулись. Изгадили. Надругались. Понять-то легко, но не оправдать, нет. Я после каждой обруганной другими, а иногда и лично мной экранизации милого сердцу произведения проверял: книжка стоит нетронутая. "Властелин Колец" в полном порядке. "Волкодав" прекрасно себя чувствует. "Мастер и Маргарита" цветёт и пахнет. "Тарас Бульба" радуется вечной жизни. И как-то проще себя чувствуешь, когда видишь экранизацию книги, на которую тебе, в общем-то, наплевать, и ощущаешь каждой клеткой, что вот сейчас ты накатаешь убийственный пост в свой журнальчик, и никто тебя не упрекнёт в предвзятости.

Нет, решительно непонятно мне, зачем следовать форме, когда намереваешься менять содержание по своему усмотрению. Зачем беречь букву, если в итоге текст отразится в кривом зеркале. И уж совсем озадачивает тот факт, что результат народу нравится.

Посудите сами: фильм Фрэнсиса Форда Копполы называется "Дракула Брэма Стокера". А фильм, скажем, Тода Браунинга называется просто "Дракула" (по пьесе по книге Брэма Стокера). И при этом почему-то картина 1931 года в гораздо большей степени соответствует первоисточнику, нежели кино года 1992. Хотя и в классическом "Дракуле" хватает отсебятины, до такой клюквенной патоки, как в сценарии Джеймса Харта, там не дошло. Разумеется, мы все понимаем, что Коппола снял как раз то, что хотел снять, но смотреть-то приходится совсем не то, что читали! Здесь мы возвращаемся к первому абзацу этого текста, перечитываем, замолкаем и делаем перерыв на чай.

Следует отметить один забавный факт: главным героем каждой экранизации романа Стокера является сам граф Дракула. Непосредственно. В то время, как в книге он герой совершенно второстепенный, хотя и играет роль антагониста. Это неудивительно: раз уж персонаж внушает такой ужас остальным героям произведения, то надо его раскрыть по максимуму. Поэтому приглашаются особо талантливые и/или фактурные актёры, что правильно, либо же эффект кошмарика достигается исключительно с помощью адского грима, как в унылом фильме Вернера Херцога "Носферату: призрак ночи". Хотя настоящий ужас должен бы скрываться в атмсофере, в которой обитают уже указанные факторы. Смотрим фильм Фридриха Мурнау и убеждаемся в бесспорной справедливости этой сентенции.

Коппола пошёл первым путём, и в его картине роль графа-гемофага сыграл Гэри Олдман, актёр практически всемогущий, что лишний раз было доказано им в недавней "Красной шапочке". Казалось бы, верняк. Однако нельзя забывать, что помимо исполнителя главной роли существуют ещё все остальные актёры и, что наиболее важно, сценарий. И вот тут начинаются проблемы.

Эпистолярная готика, если можно так называть роман Стокера, хороша в первую очередь тем, что дневники и письма разных персонажей, наполненные деталями и жизненными ситуациями, этих самых персонажей и создают, делают их выпуклыми, рисуют им background, составляют их личность. Поэтому свирепая яркость Дракулы (которая, кстати сказать, и существует-то исключительно в глазах остальных героев романа) удачно и сбалансированно оттеняется богатыми образами Джонатана и Мины Харкер, Люси Вестенра, Джона Сьюарда и даже профессора ван Хельсинга. В фильме Копполы картина предстаёт блёклая и едва ли не монохромная: многомерностью могут похвастаться лишь сам Дракула да ван Хельсинг, о которых чуть позже, а вот все остальные - плоские, бледные и невыразительные рисунки, сделанные на воде вилами и набранные в решето, чтобы сохранились подольше. Кеану Ривз потому деревянный, что его герой, будучи фактически точкой отсчёта в описываемых Стокером приключениях, представляет из себя исключительно тело, которое произносит пару реплик, превращается в корм для вампиров, а потом произносит ещё пару реплик и делает несколько резких движений. На долю Виноны Райдер выпала влюблённая дура и латентная истеричка, в которой нет и следа от храброй и самоотверженной Мины, готовой на всё ради тех, кто ей дорог, и потому изо всех сил борющейся со злыми силами, в буквальном смысле впитавшимися в её кровь. Что же до Кэри Элвеса, Ричарда Гранта и Билла Кэмпбелла, то они - не более, чем декорации. Даже образ Люси Вестенра сценарист Харт ухитрился трасформировать так, что половину своего экранного времени Сэди Фрост играет какую-то побитую жизнью проститутку. Ну, а Том Уэйтс, изображающий рехнувшегося юридического работника, полностью подчинённого графу Дракуле, на самом деле изображает просто рехнувшегося. Может быть, рехнувшегося боксёра или, скажем, полисмена, но даже этот эпизодический и ничуть не важный для фильма персонаж не имеет с первоисточником ничего общего.

Профессора Абрахама ван Хельсинга играет сэр Энтони Хопкинс, и играет, чёрт возьми, просто отлично, воссоздавая на экране целостного, эмоционального, одним словом, живого героя. Но и он не имеет ровным счётом ничего общего со своим литературным оригиналом: ван Хельсинг из книги не был циником, не был прямолинейным хамом и не источал сарказм. И уж тем более не были в нём заметны нотки, с головой выдающие в этом типчике самого натурального фанатика, который, оказывается, всю свою жизнь посвятил борьбе с Дракулой.

Что же до самого графа, то здесь можно сказать только одно. Тень "Чёрной книги Арды" витает в воздухе, и настолько эта тень плотна, что главный вампир всея Трансильвании тоже считает себя вправе её отбрасывать, да ещё и наделяет её некоторой самостоятельностью. Страдалец, когда-то лишившийся возлюбленной, в связи с чем набогохульствовавший от души и тем самым угодивший в ряды проклятых и неупокоенных, оправляется в Англию не потому, что сожрал в Трансильвании почти всех, кого мог, и теперь хочет разбавить национальную кухню европейским колоритом, а внезапно потому, что влюбляется в фотографию невесты Джонатана Харкера. То есть, его изначальный план был связан именно с едой и недвижимостью, но потом всё изменилось. Он устремился на землю Альбиона, отыскал Мину, они друг друга совершенно искренне полюбили, но им не суждено было быть вместе, потому что он вампир, она - пока ещё нет, и к тому же им помешали из лучших, как это обычно и бывает, побуждений. В результате гениальный актёр Гэри Олдман внушает не ужас, а почему-то сострадание у целевой аудитории, даже несмотря на то, что некоторое время пребывает на экране в облике весьма отвратительном (гримёрам надо отдать должное, работа проделана ими на высшую оценку). Попытка сказать о том, что у любой монеты есть две стороны и ребро, выглядит так: вампир - чудовище для всех, но для Мины он - величайшая ценность, поскольку любит она его не под воздействиями тёмных сил, а вполне себе добровольно и осознанно. Да, он многих скушал, включая лучшую подругу Мины, и, наверное, даже заслужил смерть, но как же это всё-таки несправедливо!

Разумеется, это - всего лишь вопрос вкуса. Однако делайте со мной что хотите, но никогда я не смогу понять стремления из могучей личности, из Восставшего в мощи своей, из откровенного антагониста сделать страдальца, которого хочется утешить и сказать, что он хороший, а его просто неправильно поняли. Этак ведь можно и графиню Батори пожалеть. Мне понятно стремление показать, что не бывает абсолютно плохого человека, как и абсолютно хорошего. Я не способен воспринять лишь желание из сильной личности сделать кисель, страдающий припадками гнева.

Но и это, к сожалению, не всё. Роман Брэма Стокера будоражил умы общества ещё и тем, что в нём автор касается такой важной и такой запретной темы, как сексуальность. Делает он это так, чтобы не слишком скандализироваться, но при этом отмечает актуальность этой темы: в викторианскую эпоху смерть от венерических болезней была делом вполне привычным, хотя и скорбным. Фактически, вампиризация путём заражения крови, - это довольно-таки непрозрачная метафора, делающая Стокера чуть ли не конъюнктурщиком. То ли Коппола и Харт решили, что общество изрядно поглупело или, что ещё хуже, слишком много стало об этом знать, то ли нашли какую-то другую причину, но так или иначе тема секса раскрыта так, как её надо раскрывать в веке за номером двадцать. Включая и божественную сцену, в которой Дракула, приняв обличие то ли бешеной обезьяны, то ли недоморфированного волка-оборотня, буквально раскладывает Люси Вестенра на каменюке и, заголив нужные места на теле девушки, делает то, что, видимо, полагается в таких ситуациях. О болезнях, передающихся половым путём, говорится открытым текстом, обнажённые женские груди появляются в кадре чаще, чем их же глаза, и даже зелёный туман обволакивает Мину, предварительно забравшись к ней под одеяло. В общем, акценты сместились. Вспомним чудесную сцену с участием Стивена Уэбера и Эми Ясбек в пародии Мела Брукса "Дракула: мёртвый, но довольный": разве можно сказать с уверенностью, что высмеиваются в ней строгие нравы прежнего времени? Может быть, всё как раз наоборот?


Одним словом, хоть я и не являюсь поклонником Брэма Стокера и его книги, но даже для меня фильм Копполы стал большим разочарованием. При довольно-таки строгом следовании тексту, включая побег Дракулы из Англии в свои трансильванские свояси (в оригинале за ним гонялись чуть ли не полкниги, в фильме, слава небесам, не так уж и долго), - совершенно изменённые основные характеры и полностью халтурные второстепенные. И даже при блестящей актёрской игре и великолепной работе гримёров почему-то в некоторых местах нахально лезут в глаза явно павильонные съёмки, а музыка, которая призвана создавать половину атмосферы, звучит в полный голос только когда начинаются титры, а запоминается в основном благодаря тому, что по поводу и без используется в разных телепередачах.
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

black_kyr: (Default)
black_kyr

April 2011

S M T W T F S
      1 2
345 6789
1011 1213141516
17181920212223
24252627282930

Most Popular Tags

Expand Cut Tags

No cut tags